Фантастические повести и рассказы - Страница 298

298

Этому Иванову объяснили, что задание чрезвычайно важное и срочное. Никто, конечно, не стал ему рассказывать, с каких высот заоблачных задание это спустилось, но он догадался, что дело-то непростое. Они, абсолютийцы эти, тоже народ догадливый, ученый, у них там тоже естественный отбор как следует поработал. Тем более, что объяснили ему: в срок, мол, уложиться надо, иначе придется отпуск отменять. А он только-только путевку раздобыл, радовался, что отдохнет впервые за много лет, предвкушал — сами понимаете, как его такое предупреждение стимулировало. Хорошо еще заодно от прополки освободили, только чтобы работал. А может, и зря освободили. На природе оно, знаете, лучше как-то думается, я сам еще недавно в газетах про это читал — всякие там статьи о совмещении умственного и физического труда. А Иванова этого вдруг взяли да освободили от прополки. И слонялся он целыми днями пол лаборатории в одиночестве, а товарищи за него отдувались.

Но этого Иванова вообще-то не зря и институте обучали. И он молодым специалистом считался, потому что все выученное перезабыть еще не успел. Так что за дело он с нужного конца принялся и постепенно так работой увлекся, что даже после звонка задерживался в институте, чуть выговор не схлопотал. Вахтеры — им ведь тоже отдохнуть охота, а тут вставай, выпускай всякого. Опять же, вдруг шпион какой или там агент. Нет, конечно, там на Абсолюте вахтеры тоже не дураки, тоже понимают, что в такой НИИ никто ни за какими секретами не полезет, даже если очень сильно приманивать. Тем более, что, как я уже говорил, давным-давно они уже со всякими классовыми врагами на своей планете покончили. Так что ни в чем таком Иванова вахтеры, конечно, не заподозрили. Но в телеге, что они для дирекции накатали, подозрения такие высказали. Могут же у вахтеров подозрения появиться.

Но в дирекции, знаете, тоже не дураки сидели. И ходу этой бумаге, конечно, не дали. Так, отложили на будущее — на всякий случай. Тем более, что и дата на ней, и подписи стояли, и в первом отделе ее зарегистрировали.

Но мешать Иванову в выполнении особо важного задания пока не стали.

А Иванов во всю развернулся. Всякие карты секретные затребовал, данные о промышленных выбросах, результаты разных там биологических экспериментов. Время летнее, все на прополке, а ему вишь, вынь да положь. Но — приказ директора. Никуда не денешься — и вынимали, и клали. Даже пиявок для эксперимента откуда-то раздобыли. Но строго под расписку выдавали с обязательным последующим уничтожением в присутствии комиссии, дирекцией назначенной, чтобы он втихаря какую не слопал. То есть, чтобы не злоупотребил. Абсолютийцы, они ведь тоже изучали, что главное — это учет и контроль. У них там даже что-то вроде ордена есть, значок такой, «Почетный Учетчик» называется. И нам бы такой ввести неплохо. У нас бы тоже нашлось, кого орденом таким наградить.

Но это так, к слову.

В общем, целый месяц Иванов трудился, сопоставлял там. анализировал, расчеты кое-какие производил. И наконец, представьте себе, определил, почему вдруг пиявки стали таким дефицитом.

Вы, небось, думаете, что дело во всяких там загрязнениях, превышениях ПДК и прочем в том же роде. Привыкли, что у нас все кругом вымирает, вот и готовы на другие планеты грешить. Везде, мол, так.

Отнюдь!

Иванов сводки по всем местам, где пиявок раньше отлавливали, проверил — нигде не обнаружил нарушений. Буквально нив одном отчете! Если где и случался вдруг какой выброс, то немедленно создавалась Комиссия из самых компетентных специалистов и выносила заключение о полной безвредности выбросов для природы вообще и для пиявок в частности. А если у кого какие сомнения в выводах Комиссии оставались, то он мог их высказать в порядке, так сказать обсуждения. Поэтому списывать все на промышленность, на загрязнения всякие — это, по меньшей мере, несерьезно и безответственно. Тем более, что пиявки ну просто страшно живучими оказались. Даже жаль, что у нас таких не водится.

А причина бедствия совсем в другом оказалась.

В том, что пиявок съедобных почти всех повыловили.

Ну понятно, скажете вы. У нас тоже так было. Сначала мамонтов перебили, шерстистых там носорогов, еще не знаю кого. Потом омуля всего повыловили, бычков, опять же, кефаль там всякую полными шаландами, коров в приусадебных хозяйствах — ну и так далее. Было, мол, все это, было, знакомо нам такое положение, скажете вы — и ошибетесь.

Потому как неизвестны вам особенности абсолютийской жизни.

Они ведь, стервецы, что выдумали? Они ведь, такие сякие, целую новую отрасль промышленности изобрели! В дополнение к тем которые и у нас имеются. У них кроме всякой там химической, машиностроительной, пищевой, текстильной промышленности есть и еще одна — промышленность потребляющая. Тоже со своими планами, фондами, обязательствами и переходящими знаменами.

Зачем такая промышленность нужна, спросите вы? а вот зачем. Скажем, построено десять текстильных заводов — а прядильщики вдруг взяли да и выполнили встречный план. Бывает такое? Вполне может быть. Не сдерживать же трудовой энтузиазм. Спрашивается: куда девать излишки? На склад? Так когда все заранее спланировано, склада для излишков быть не может. Вот для того и нужна потребляющая промышленность.

Если разобраться, то это просто гениальное социальное изобретение. Оно и нам бы пригодилось, будь у нас территория поменьше. И может еще пригодится, когда некуда станет готовую продукцию выбрасывать. Так что нашим экономистам стоило бы задуматься над абсолютийским опытом, чтобы не пришлось потом догонять в пожарном порядке.

298