Фантастические повести и рассказы - Страница 287

287

— А я уж думала, что вы куда-то ушли, очаровательно улыбнувшись, сказала девушка.

— Я… Мы… То есть, я хотел сказать, проходите, пожалуйста, — отступая внутрь звездолета, сказал Арни. Он не понимал, что с ним творится — ему, сугубому рационалисту, было невдомек, что именно так, неожиданно, наповал способна сразить человека любовь, и потому он судорожно пытался найти какое-то объяснение происходящему. И, наконец, как ему показалось, нашел: — Вы, наверное, хотели видеть Тинга? Он здесь.

— Тинга? — она удивленно подняла брови. Лицо ее было совсем совсем близко, и Арни буквально вжался в стену, чтобы, как того требовала вежливость, пропустить девушку вперед. — Ах, так зовут этого вашего компаньона? Я и забыла, — она неожиданно рассмеялась. — Да нет же, я просто шла сегодня мимо и подумала… — она запнулась, отвела глаза, потом, наконец нашлась с ответом. — Вернее, Кергель, наш лавочник меня попросил. Вот, — оказывается через плечо у нее висела сумка — как это Арни не заметил ее сразу? — и теперь она расстегнула застежку и копалась внутри, повернув голову, так что волосы ее, пахнущие свежим сеном и еще чем-то неуловимо приятным, щекотали подбородок Арни. — Вот эти штуковины он просил меня передать. Он сказал, что вы заказывали…

— Что? — Арни сперва не понял. Потом с трудом отвел взгляд от ее лица, посмотрел — на ладони лежали две металлические коробочки с красными этикетками. Еще вчера, увидев их, Арни подпрыгнул бы от радости. Но сегодня… сегодня с ним творилось что-то необычное, и он с удивлением и тревогой осознал, что испытывает при виде этих коробочек какую-то острую горечь и разочарование. — Ах да, конечно… Я же заказывал ему… Очень любезно с вашей стороны…

— Как это здорово, что вы решили посетить нас, — Тинг, ну, конечно, же Тинг был тут как тут, возникнув у входа в рубку, и Арни сразу замолчал, понимая, что ему теперь лучше отойти в сторону. — Не хотите ли кофе? Я мигом приготовлю.

— Нет, благодарю вас, — ответила Лидия, даже не повернув головы в его сторону. — Я очень спешу…

— Тогда позвольте вас проводить, — Тинг уже брал все в свои руки. Как всегда.

— Нет-нет. Вы очень любезны, но я пойду одна, — она повернулась и, задев Арни плечом, вышла из наружного люка. Потом, обернувшись, сказала, глядя прямо в глаза Арни и словно бы не замечая стоявшего рядом Тинга:

— А вы зря так редко бываете в поселке. Приходите, у нас по вечерам бывают танцы в кафе.

Только, когда она скрылась в лесу, Арни понял, что так ничего и не ответил ей. Он очнулся только когда Тинг, положив руку на плечо, произнес:

— Ну и везет же тебе, парень.

— Что?

— Да ничего, диагноз ясен. Мне здесь делать больше нечего. Пойду-ка лучше займусь ремонтом. Где, ты говоришь, лежит руководство по настройке смесителя?

…Вечером Арни, наряженный в лучший выходной костюм друга, отправился в поселок. Боже, какую же чушь молол ему Тинг! Этого же просто не может быть, чтобы такая девушка, такое небесное создание, влюбилось в него! Зачем, почему, как могло такое случиться? И эти танцы… Арни в жизни своей не танцевал, и одна лишь мысль о предстоящем неминуемом позоре, одно лишь сознание собственной неуклюжести и неминуемости фиаско бросало его в жар.

Но не пойти он не мог.

Стоило лишь ему вспомнить о Лидии, услышать снова ее голос — и все остальное забывалось. И он немедленно позабыл и отбросил все страхи, едва лишь увидел ее в кафе. А потом они сидели за столиком, и пили легкое местное вино, слегка горчившее посла мороженого, и танцевали — все получилось как-то само собой и оказалось совсем нетрудным, раз она была рядом — и говорили, говорили, говорили…

О происходившем в последующие дни Арни вспоминал с трудом — все смешалось у него в голове. Он помнил, что возвращался в звездолет и пытался как-то помогать Тингу с ремонтом, но друг его, ставший внезапно суровым и неулыбчивым, вечно озабоченным какими-то дурацкими техническими проблемами, старался поскорее избавиться от его присутствия. Не удивительно — Арни умудрился испортить целых два блока, пытаясь устранить неисправности, но думая совершенно о другом. Раньше он бы места себе не находил, совершив подобные ошибки, но теперь… Какое все это имело значение, если он любил Лидию, красивейшую из женщин, и был любим ею?! Как только мог он жить раньше, стараясь не замечать женщин, сторонясь их и всеми силами пытаясь не допустить ни одну из них в свою жизнь? Глупец! А Тинг — Тинг, бедняга, ничего этого не понимал, он денно и нощно копался в своей разнесчастной технике, и вытащить его в поселок стало совершенно невозможно. Даже к лавочнику за новыми деталями Тинг старался посылать Арни, и тот успел подружиться со стариком, коротая время в лавке в ожидании Лидии. Старина Кергель был премилым субъектом — но он все понимал, и, стоило Лидии показаться в дверях лавки, как Кергель замолкал на полуслове. Напуская на себя важный, величественный вид, он церемонно раскланивался с нею и отпускал влюбленных. Однажды Лидия, смеясь, заметила, что Кергель стал напоминать ей Наполеона, и как-то раз в разговоре Арни рассказал старику об этом. Лавочнику это сравнение почему-то пришлось по душе, и, к удивлению Арни, на следующий день он увидел Кергеля одетым в самую настоящую треуголку — как на одной из древних картин, изображающих императора, которую они накануне отыскали в какой-то книге.

А потом Лидии внезапно пришлось уехать — о Боже на целую неделю! — заболел кто-то из родственников. Поначалу Арни подумал, что не переживет разлуки. Но уже следующим вечером от снова был в кафе и танцевал — то со жгучей брюнеткой Банги, то с веселой толстушкой Энн. Да и вообще, как он вдруг с удивлением обнаружил, в поселке было полно прелестных девушек, с которыми можно так весело проводить время. И совсем напрасно Тинг пытается уверить, что он зашел слишком далеко, и его поведение может привести к неблагоприятным последствиям. Ну да, кто-то из местных кавалеров посадил Тингу, заявившись к звездолету в поисках Арни, хороший фонарь под глазом. Но при чем здесь его, Арни, поведение? Он ведь, кажется, не нарушал никаких законов и норм приличия и совершенно отказывается поэтому понимать сарказм, который Тинг вкладывает в фразу: «Мне нравится это «кажется»».

287