— Бежим! — крикнул, схватив его сзади за руку, Арни, который уже все понял. И они бросились прочь из поселка даже, не оглядываясь на рухнувшего в кусты старшего инспектора заповедника.
Только когда Арни, врубив стартовые двигатели на полную мощность, поднял корабль над планетой, Тинг оправился от вызванного неожиданной встречей потрясения и возмутился:
— Зачем мы убежали? Черт подери, я еще не все сказал этому старому хрычу! Я еще должен подбить ему второй глаз.
— Не беспокойся, это от него не уйдет, — ответил Арни.
— Что ты имеешь в виду?
— Посмотри, — Арни включил видеозапись, сделанную в момент старта. Когда они поднялись на пару сотен метров над поселком, стало видно, что на другой его окраине стоит на опушке леса звездолет такого же, как у них, класса — только с неповрежденной, блестящей на солнце оболочкой. По направлению к нему, преследуемый на некотором отдалении целой толпой, кто-то бежал, а из открытого люка смотрел на все это человек лицо которого показалось Тингу даже на таком удалении удивительно знакомым.
— Слушай, Арни, что это значит? — спросил он, все еще не до конца понимая. — Это что, тоже мы с тобой?
— В некотором смысле, — мрачно ответил ему Арни, снимая какие-то показания с приборов.
— Но как, откуда?
— Откуда? Из «яйца», откуда же еще. Эта чертова машинка действительно оказалась с существенным дефектом. Она и нас с тобой, и весь поселок также внесла в состав биосферы. И воспроизвела на новом месте.
— Ты хочешь сказать?.. — до Тинга постепенно дошел весь юмор ситуации, и он вдруг захохотал, не в силах сдержать смеха. — Ты хочешь сказать, что этот старый хрыч там внизу сейчас снова получил по морде? А те два гаврика, наши двойники, снова отправились на поиски подходящей планеты?
— Не только это, Тинг, не только это, — мрачно ответил Арни. — Если бы мы могли догнать и остановить их! Я сейчас попытался, да куда там… Ты помнишь, как мы тогда рванули?
— Да уж, ах-ха-ха, помню, — не мог остановить смеха Тинг. — Ну дела… Выходит, ха-ха-ха, у нас с тобой появилось теперь по брату-близнецу.
— Появилось, Тинг, появилось. И не по одному, — все так же мрачно ответил Арни и повторил: — И не по одному. Я мог бы и раньше догадаться, что координатор у нас совершенно исправен. Ты помнишь тот обшарпанный звездолет, что прилетал в поселок в день нашего бегства с Лойгереи? — Он внимательно, так, как будто видел ее впервые, посмотрел на свою четырехпалую руку, потом поднял голову и, вздохнув, сказал, глядя прямо в лицо затихшему вдруг Тингу. — Все-таки жаль, что ты поторопился с мордобитием, и мы не сумели до конца заполнить память «яйца». Хотел бы я знать, какой по счету копией мы с тобой являемся.
Опять!
Арни в сердцах отбросил регулятор и громко выругался, глядя перед собой невидящими глазами.
Такого невезения он не мог припомнить.
И ведь всего-то и требовалось — вынуть блок распределителя, отвернуть три болта на задней стенке и заменить крайгель. И все — даже пятилетний ребенок, даже Тинг, если уж на то пошло, легко справился бы с этой работой. И надо же — один из проклятых болтов закатился под пилотское кресло, пытаясь его достать Арни задел плечом выдвинутую стойку навигационного блока, и та, обрушившись с почти невероятным грохотом, сокрушила половину главного пульта. Даже беглого осмотра причиненного ущерба Арни хватило, чтобы чуть не завыть.
Нет, видеть все это он был больше не в состоянии. Хватит, к черту! Имеет он, к конце концов, право на отдых или нет? Тинг вон который уже день — и которую ночь, кстати говоря — пропадает в поселке, лишь изредка наведываясь, чтобы узнать, как продвигается ремонт, а он, Арни, как проклятый вкалывает почти без перерывов.
Арни не стал даже наводить порядок. Оставив все в рубке нетронутым, даже не поглядев на учиненный разгром, он принял душ, переоделся в чистое и принялся варить себе кофе. Но посидеть в покое ему не дали. Едва лишь он уселся, наконец, с чашечкой дымящегося напитка в руке, демонстративно отвернувшись от пульта, как кто-то постучал. Чертыхнувшись, Арни поставил чашку на пол рядом с креслом — столик, за которым они с Тингом обычно ели, был до верху завален вынутыми из пульта деталями — и протиснулся в шлюзовую камеру. Там тоже было трудно повернуться, скафандры уже два дня загромождали проход — с тех пор, как Арни пришлось спешно заменять кабель, проложенный за боксом, где они обычно хранились. Засунуть скафандры обратно он так и не собрался.
Перед люком стояла, как-то странно улыбаясь — Арни не сразу даже понял, что это улыбка — дородная дама в роскошном вечернем платье.
— Добрый вечер, — проворковала она. — А вы заставляете даму ждать.
— Добрый вечер, — машинально ответил Арни, отступая под напором ее могучего бюста вглубь корабля. — Собственно, чем я обязан?..
— Сразу чувствуется, что здесь обитают неисправимые холостяки, — оказывается, они были уже в рубке, и дама внимательно оглядывала царивший вокруг разгром. — Может, вы хотя бы предложите мне сесть?
— Да-да-да, конечно, — Арни всегда был вежлив, зачастую даже против своей воли. Издержки воспитания, как называл это Тинг, сам, впрочем, тоже страдавший этим недостатком.
— Вы очень кстати сварили кофе, — потянув носом, заявила дама. — Я, конечно, не откажусь от чашечки.
У дамы было удивительное обоняние — Арни не ощущал и намека на запах кофе на фоне густого аромата ее духов. Но проклятая вежливость погнала его к кухонному блоку, и через пять минут дама мелкими глотками прихлебывала напиток, а он, с трудом примостившись на стоявшем в углу ящике с запасными деталями — самое дальнее место, куда он, не нарушая приличий, мог отодвинуться — терялся в догадках, что может означать этот странный визит.