Фантастические повести и рассказы - Страница 275

275

— Все очень просто, — принялся, между тем, рассказывать Тинг. — Я все разузнал. Надо положить эту бумажку вместе с обычными банкнотами — а дальше все произойдет само-собой. У тебя ведь оставалось несколько сотенных? — и он потянулся к шкафчику, в котором хранились их общие финансы.

— Ну нет! — Арни вскочил и закрыл шкафчик своим телом. — Еще чего не хватало! Сотенные бумажки на всякие авантюры тратить.

— Но пойми же, старик, не мелочь же нам размножать, — пытался убедить его Тинг, но Арни был непреклонен. В конце концов Тингу пришлось смириться. Он со вздохом достал из своей куртки несколько мятых бумажек по одному проглоту, аккуратно их расправил и, вложив в середину образовавшейся пачки купленную им заветную банкноту, положил это все в бумажник.

— Смотри, старик, — сказал он со вздохом. — Не пришлось бы нам об этом пожалеть. Вдруг на эту мелочь вся сила из моей банкноты уйдет — где тогда мы еще такую достанем?

Ужинали они в молчании.

Проснувшись, Тинг первым делом кинулся к лежащему на полке бумажнику. Раскрыв его, он заглянул внутрь — и у Арни, наблюдавшего за за этой сценой с величайшей тревогой, отлегло от сердца. Достаточно было посмотреть на Тинга, чтобы понять — надежды его не оправдались. И даже более того случилось что-то совершенно неожиданное.

— Ну как? — осторожно спросил Арни, еще не веря в удачу.

— Слушай, это случайно не твоя работа?

— Что ты имеешь в виду?

— Они же все сморщились, — Тинг подошел к столику и принялся вытряхивать на него содержимое бумажника. — И почернели. Арни, да что же это такое?

Арни встал и подошел ближе. На столике вместо банкнот, положенных вчера в бумажник, лежали какие-то грязные, сморщенные обрывки, на которых с трудом различались буквы и цифры. И только одна бумажка — вчерашняя злосчастная трешка, которую Тинг притащил вместо отражателя, лежала среди всего этого мусора и лоснилась на свету, как будто краска на ней еще не просохла.

— Арни, это ты так пошутил? — снова спросил Тинг жалобным голосом.

— Да как ты мог подумать такое? — возмутился Арни.

— Извини, — они слишком хорошо знали друг друга, чтобы Тинг мог хоть на секунду усомниться в честности Арни. — Извини, я не хотел тебя обидеть. Но почему они почернели?

— Наверное, так полагается. Скажи спасибо, что я не дал тебе загубить все наши капиталы.

— А может, они еще выправятся? — Тинг взял один из сморщенных обрывков, попытался его расправить — но тот расползся у него прямо в руках. — Да нет, непохоже. Тот старикан говорил, что бумажка должна просто толстеть, пока не станет толщиной в палец. А потом она распадается на обычные денежки.

— Тот старикан, наверное, тебя просто надул. Что-то не верится мне, что здесь так вот просто можно выращивать деньги. Насколько я помню, в валютном справочнике не сказано, чтобы здесь были какие-то выдающиеся темпы инфляции.

— Думаешь, обманул? — Тинг сжал кулаки. — Ну тогда это ему дорого обойдется! Я этому хухрику все ребра пересчитаю, — он кинулся к вешалке, надел куртку.

— Ты куда? А завтрак?

— К черту завтрак! — послышалось из шлюза. — Я из него все до последнего проглота вытрясу!

Останавливать Тинга смысла не имело — Арни знал это по опыту. Он тяжело вздохнул, не спеша позавтракал и снова полез в двигательный отсек, прикидывая, нельзя ли все-таки как-нибудь использовать старый отражатель. За ночь у него созрела одна интересная идея. Если вдруг получится, они смогут улететь хоть сегодня, и тогда, глядишь, удастся избежать крупных неприятностей с этими дурацкими размножающимися банкнотами. В том, что неприятности эти грядут, Арни не сомневался. Он, правда, не особенно беспокоился за Тинга, поскольку давным-давно убедился, что тому удается выйти сухим из воды при самых невероятных стечениях обстоятельств — но ему постоянно приходилось переживать и за собственную судьбу, и за судьбу их совместного предприятия. С самого начала, когда, купив по дешевке этот невероятно старый звездолет, они занялись с Тингом межзвездными перевозками, предприятие их находилось на грани полного банкротства. Едва им удавалось заработать хоть немного денег, взявшись за самые невероятные заказы, как подходил срок уплаты очередного долга, и вся прибыль исчезала без остатка. Другие давно бы бросили это дело, убедившись в полной его бесперспективности — но они с Тингом держались. Тинг — просто потому, что все неприятности проходили как-то совершенно мимо его сознания. Он жил — и жил неплохо, а иногда так прямо отлично — лишь настоящим моментом, оставив другу все заботы о будущем, целиком полагаясь на его предусмотрительность и здравый смысл, что не мешало ему, однако, постоянно ввязывать их обоих в самые странные авантюры. А Арни был из тех, кто привык тянуть лямку и не склонен был бросать однажды начатое дело. Конечно, основные неприятности, которые проходили мимо сознания Тинга, обрушивались именно на него, и особенно обидно ему было, когда неприятности эти случались из-за очередного любовного приключения Тинга. Конечно, на него же выпадала и основная работа по обслуживанию и ремонту звездолета — Арни был мастером в своем деле, и он просто не подпустил бы Тинга с его неумелыми руками к тонким механизмам звездолета. Но Арни не считал себя обиженным и не думал, что отдувается за двоих. Во-первых, они с Тингом были друзьями, и в трудную минуту он мог во всем на друга положиться — а это что-нибудь да значит. Ну а во-вторых, Тинг, при всей своей безалаберности, умел быстро сходиться с людьми, и он взял на себя все заботы по заключению всякого рода контрактов — заботы, от которых Арни был рад избавиться. А постоянные трудности при выполнении этих контрактов — что ж, в таком рискованном деле, как частные космические перевозки, нельзя рассчитывать на одни лишь удачи.

275