Фантастические повести и рассказы - Страница 236

236

— Прошу простить, мой адмирал, что прерываю вашу трапезу, но события развиваются несколько, я бы сказал, неожиданно.

— Вы о чем, советник? — спросил адмирал, закипая. Этот штатский даже доложить не мог по-человечески.

— Только что прибыли люди от Джайка. С ними несколько спасенных с «Аттаила».

— Что? — от удивления у адмирала даже отвисла челюсть. — Вы что, издеваетесь?

— Нет, мой адмирал. Я только что разговаривал с ними. Эти люди действительно прибыли с планетоида «Аттаил», подвергнувшегося внезапной атаке кренбов.

С минуту, наверное, адмирал молчал, с трудом соображая, что бы это все могло значить. Наконец отодвинул тарелку — есть ему уже не хотелось решительно встал, снял с шеи салфетку и бросил ее в сторону подскочившего стюарда.

— Хорошо, я сейчас буду, — сказал он советнику и вышел из каюты.

Этот старый осел просто сошел с ума, думал адмирал, шагая по коридору к рубке. Спасенные с «Аттаила»! Бред! Или же совсем рехнулся этот идиот Джайк, что было бы очень даже приятно. Или же все это интриги с целью выставить его, адмирала Пинкера, идиотом в глазах командования. Планетоид «Аттаил», черт бы его подрал! Еще трое суток назад никто, нигде — в этом адмирал был абсолютно убежден — не знал и не мог ничего знать об этом планетоиде. Адмирал сам придумал это название, когда советник Барро предложил свой план дезинформации противника. «Аттаил» — не более чем один из двух десятков фиктивных объектов, которые никогда не существовали иначе, как в памяти БМК — Большого Моделирующего Компьютера — флагманского корабля. Раз кренбы отреагировали на появление «Аттаила», значит их разведка каким-то образом добралась до памяти БМК, что, в общем-то, заранее предполагалось возможным. Аппаратура у кренбов работала великолепно, и потому при планировании операции заранее учитывалась возможность утечки информации. На это, в сущности, и делалась ставка, поскольку многочисленные планы дезинформации противника, разработанные совершенно независимыми друг от друга группами при штабе адмирала, должны были создать совершенную путаницу в разведданных врага. Советник Барро добился того, что даже сам адмирал теперь не знал, как же именно будет развиваться операция в действительности. Он лишь в общих чертах представлял себе несколько альтернативных вариантов, и только в ходе сражения должен был сделать окончательный выбор. К тому моменту, разумеется, все полученные разведкой кренбов данные потеряют всякую ценность, потому что успех или поражение будут зависеть уже не от знания замыслов противника, а просто от сложившегося на разных участках соотношения сил. То, что кренбы попытаются атаковать «Аттаил» — фиктивный объект, существующий лишь в памяти компьютера — ожидали все, причастные к его созданию, и надеялись в ходе этой бесплодной атаки уточнить характеристики обороны противника. Но никто, конечно же, не ждал, что на флагманский корабль прибудут спасенные с «Аттаила». Никто не мог ожидать этого, и меньше всех — сам адмирал Пинкер.

Советник встретил адмирала у входа в рубку.

— Где они? — рявкнул тот.

— В боксе номер четыре, мой адмирал.

— Я хочу их видеть.

— Дело ваше.

Адмирал с трудом подавил желание размазать этого штатского по переборке, повернулся и вошел в шахту. Уже внизу, перед боксом он спросил у советника:

— Вы успели с ними поговорить?

— Да, мой адмирал. Они прибыли сразу же после того, как вы покинули рубку, и никто не осмелился прервать вашу трапезу. Мне пришлось начать действовать самостоятельно. Я не только успел поговорить с ними. Я успел многое проверить. Эти спасенные — люди, мой адмирал. Самые настоящие люди.

— Вздор!

— Их появление удивляет меня ничуть не меньше, чем вас. Но это несомненно люди. Мы проработали версию о том, что это могут быть агенты кренбов или переориентированные пленные, и отбросили ее. Прибывшие несомненно служили на планетоиде «Аттаил».

— Вздор! — снова рявкнул адмирал и подошел к боксу номер четыре. Плита, закрывавшая вход, отъехала в сторону, двое часовых за ней вытянулись по обе стороны прохода.

За прозрачной стеной, делившей бокс пополам, сидело пятеро. При виде адмирала все они вскочили. Вид у них был несколько помятый, у одного была перевязана голова, другой, с забинтованной рукой, не смог даже толком встать по стойке смирно.

— Доложите, — приказал адмирал.

Старший из пяти — по форме, капитан службы регенерации — выступил вперед. Один вид этого типа коробил взгляд адмирала. Куртка его была в чем-то перемазана и не застегнута до верха, пилотка съехала набок, да и стоял он как-то косо. Конечно, чего уж там ждать от этих регенераторщиков! Наверняка этот капитан успел наложить в штаны от страха, когда снаряды кренбов начали рваться вокруг, подумал адмирал, и его ярость сменилась обычным для строевиков презрением к представителям технических служб флота. Правда, неожиданно вспомнил он, ему приходилось видеть и строевиков не в лучшей, чем этот капитанишка, форме — иногда командиры соединений присылали таких вот слюнтяев, спасенных с погибающих кораблей — насмерть перепуганных и неспособных отрапортовать по всей форме — в штаб для доклада. Как правило, встреча в таком виде с «кипятильником» означала для них конец военной карьеры. Он не терпел хлюпиков и трусов на флоте, и, попади он сам когда-нибудь в зону огневого контакта с противником, вел бы себя куда более достойно.

— К-капит-тан, Таглер, мой адмирал, — немного заикаясь, сказал регенераторщик. — Личный номер сто двенадцать восемьсот сорок восемь дробь одиннадцать А. Начальник шестого сектора регенерации Западной полусферы планетоид «Аттаил». Час назад доставлен на флагман транспортом типа «Колпак».

236